Год исторической памяти Общество

Война — самое трагическое событие в жизни людей. Она несет с собой боль и утрату, жестокость и разрушения, страдания многих людей и в первую очередь детей. Особенно трагической была Великая Отечественная война 1941-1945 годов. Советский народ не хотел войны, стремился избежать ее, но она ворвалась в каждый дом, унесла миллионы жизней. Враг был силен и беспощаден. Бедствия и разрушения, которые обрушились на нашу страну, неисчислимы. Мужчины ушли на фронт, женщины и старики трудились в тылу. А что же делали дети? Дети тех военных лет, им было страшно, голодно… Сколько им было? Три, пять, семь лет… Война искалечила тысячи детских судеб, отняла светлое и радостное детство. Маленькие, казалось бы, несмышленые, но воспоминания тех страшных лет прочно засели в их исковерканных судьбах.

С тех пор прошло более 76-ти лет. Людей, переживших страшное военное время, остается все меньше. А мы — последнее поколение тех, кто может из первых уст услышать историю тех страшных дней.

Федор Николаевич Халецкий, уроженец деревни Старокожевка Дрибинского района — малолетний свидетель Великой Отечественной войны, в феврале 1943 года ему исполнилось 6 лет. Конечно, он помнит не все происходящие события того страшного времени, но какие-то эпизоды из той детской жизни врезались в память навечно, навсегда. В последующие годы тема войны была одной из главных в семье ребенка — родственники вспоминали, делились горем…

«Мы жили в деревне Старокожевка. На начало войны нас в семье было трое детей — старший брат Алексей, вторым ребенком в семье был я и совсем еще маленькая сестричка Валентина — она родилась в феврале сорок третьего. Когда началась война, я не понимал всей трагедии и почему все суетятся, плачут. Немцы пришли в деревню, поселились в наших домах, а сами сельчане вынуждены были жить неподалеку — в лесу. Жили в шалашах, сложенных из веток. Чем мы там питались, как выживали, одному Богу известно. Было голодно, холодно, от вшей чесалось все тело. Немцы гоняли людей рыть окопы, на другие работы. Нас — детей, невзирая на возраст, заставляли носить из буртов картошку в погреб. Мне тоже немец сунул в руку корзину, она была такой большой, что мне было не под силу ее поднять. От страха и обиды я стоял и горько плакал, немец увидел это и сильно пнул меня ногой. От удара тяжелого кованого сапога я несколько метров летел в воздухе. Эти горькие воспоминания запомнились мне на всю жизнь. В детской памяти — гул самолетов над нашей деревней, взрывы снарядов и надрывный плач женщин и детей.

Многих моих односельчан — молодых парней и девушек — силой увозили на работу в Германию. Немцы выстраивали всех жителей в одну колонну и отбирали молодежь, подростков. Моя мама — Евдокия Родионовна Халецкая — рассказывала, чтобы ее не забрали немцы, на их глазах она начинала кормить маленькую сестричку, тогда на нее не обращали внимания, так нашу семью миновала участь быть согнанными в Германию. Еще помню, как всех жителей деревни вместе с детьми заперли в большом сарае. Меня там не оказалось, в это время я бегал вместе с другими мальчишками по деревне и все происходящее нам пришлось наблюдать из-за угла дома, который стоял неподалеку от того сарая.

Немцы много и громко «горготали» на своем языке и, по всей видимости, хотели поджечь сарай, из которого доносились плач и крики людей. Жутко представить, что могло бы произойти с моими родными, если бы не прибыл на то место на машине какой-то главнокомандующий немец и не дал приказ всех выпустить.

Помню, как были в беженцах в деревне Рацево Витебской области, жили в какой-то старенькой школе, все время хотелось есть…

Возвращались в Старокожевку, когда наша деревня была освобождена от гитлеровских захватчиков — в июне 1944 года. Перед отступлением фашисты особенно зверствовали — сожгли и уничтожили полностью всю деревню, погубили 170 ее жителей. Возвратившиеся в родную деревню односельчане, как и наша семья, жили в блиндажах, заново начали отстраивать дома. Вспоминать о своем детстве и том времени тяжело… Никогда никому не пожелаю такого детства, как было у нас — мальчишек и девчонок в годы войны.

Навсегда врезался в память страшный эпизод из жизни односельчанки Домны Григорьевны Сеньковой, которой чудом удалось выжить во время оккупации. Эту жуткую историю я услышал из первых уст.

В поисках еды Домна вместе со своими подружками пошла на поле копать «плюшки», так называли гнилую картошку. Сложив ее в мешочки, возвращались к своему жилищу через лес. Одна из девушек нашла в лесу кусок проволоки красного цвета и положила ее в свой мешочек. Подружки обрадовались такой находке, из проволоки они собирались сделать себе заколки для волос. Когда выходили девушки из леса, их встретили немецкие солдаты. Они заставили вытрясти содержимое мешков, среди гнилой картошки обнаружили проволоку и стали злобно кричать: «партизаны, партизаны…» Девушки в страхе ничего не могли понять, в чем их обвиняют фашисты, плакали, просили отпустить их. Они ведь тогда не знали, что кусок красной проволоки был от телефонного кабеля, и немцы их приняли за партизанок. В двух метрах от лесного массива девушек заставили копать себе могилу. Домна понимала, что нужно бежать, и когда фашисты замешкались и немного отошли в сторону, она пустилась наутек в лес. Немцы стреляли ей вслед, но, к счастью, фашистская пуля не настигла ее. А трех ее подружек, среди которых были две родные ее сестры по фамилии Шкредовы, немцы закопали живьем. После войны жители деревни откопали могилку, очевидцы рассказывали, что две сестры лежали в яме, крепко обнявшись. Сестер Шкредовых и их подружку перезахоронили на гражданском кладбище в Старокожевке».

Вспоминать о войне тяжело, но забыть об этом невозможно, потому что это наша жизнь, наша история. Мы должны помнить о страшных годах тяжелых испытаний перед памятью миллионов погибших в годы Великой Отечественной войны. Истерзанные судьбы, несостоявшиеся жизни обязывают нас сегодня делать жизнь чище, гуманнее, справедливее.

Людмила СВИРИДЕНКО



Tagged

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.