Письма с фронта
Среди различных документов военных лет есть документы особого рода — письма с фронта. Если вам приходилось их читать, то невольно обращаешь внимание на одну
особенность: эти письма очень простые и искренние.
Несколько скупых, но ободряющих строк о себе:
жив-здоров, и обязательные вопросы: о детях, быте,
родных. Наставления и рекомендации о ведении хозяйства. Зачастую весточки адресованы матерям, ведь отцы также были призваны в армию, женам, возлюбленным.
Письма с фронта — неотъемлемая часть героической
истории нашей Родины. Могла ли тема быть не затронутой
в искусстве? Замечательную, на мой взгляд, картину
написал советский живописец Александр Лактионов.
Залитый солнцем двор, зелень на деревьях. Близкие
и соседи солдата-фронтовика за чтением долгожданного письма. Невольно думается: не май ли месяц? Теплый
и радостный май 1945 года?
Важна для фронта почта
С первых дней Великой Отечественной войны, когда началась мобилизация в Красную Армию, единственной ниточкой, дающей возможность получить хоть какую-нибудь информацию о близких, стала почтовая связь. Своевременная доставка почты из действующей армии в тыл и наоборот должна была обеспечить высокий моральный дух бойцов и командиров. Так, газета «Правда» в августе 1941-го года в одной из своих передовых статей писала о том, как важна для фронта отлаженная работа почты, так как «каждое полученное письмо или посылка придают бойцам сил и вдохновляют на новые подвиги».
Вместе с тем сразу после введения военного положения в стране вскрылся факт плохой организации работы службы связи, которая не могла должным образом обеспечить своевременную доставку сообщений и писем в расположения частей армий. Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин называл связь «ахиллесовой пятой» Советского Союза. Уже в первые дни войны он вызвал наркома связи СССР Ивана Пересыпкина для доклада о срочных мерах по переводу государственной связи на военное положение. Для этого была необходима радикальная перестройка всех имеющихся средств связи, в том числе и почты. Изменения были связаны в первую очередь с тем, что при доставке писем на фронт не существовало привычного для почтальона конкретного почтового адреса с указанием улицы и дома. Необходимо было выработать совершенно новые принципы работы, которые бы позволили быстро и безошибочно доставлять корреспонденцию в военные части, местоположение которых постоянно изменялось.
Помог случай: в ходе одной из военных операций в руки советских военных попал устав полевой почтовой службы немецких военнослужащих. Документ перевели, и на его основе создали свой. Каждая воинская часть в период Великой Отечественной войны имела свой номер полевой почты.
В целом же за первые семь месяцев войны Государственный комитет обороны принял три решения, направленных на улучшение продвижения воинской корреспонденции. Запрещалось мобилизовывать почтовый транспорт для военных и хозяйственных нужд, разрешалось прицеплять почтовые вагоны ко всем видам поездов. С 1 марта 1942 года на пакеты и мешки с военной почтой крепились отличительные адресные ярлыки «Воинский», и они отправлялись в первую очередь. Пересылка писем с фронта и на фронт производилась бесплатно.
Оригами войны
Одним из своеобразных символов Великой Отечественной войны можно назвать письма-треугольники. В первые же недели работники военно-полевой почты столкнулись с проблемой. Милитаризация промышленности вызвала сокращение или полную остановку выпуска многих видов мирной продукции. Одним из следствий ситуации стала нехватка почтовых конвертов. Именно тогда и появились народные письма. Письмо-треугольник представляло собой лист бумаги прямоугольной формы, загнутый сначала справа налево, а потом слева направо. Оставшаяся полоска бумаги вставлялась внутрь. На наружной стороне писался адрес назначения и обратный, а также оставлялось чистое место для отметок почтовых работников. Марка не требовалась.
Письмо не заклеивалось, так как все знали о том, что его будут изучать. На всех письмах военной поры есть штамп: «Просмотрено Военной Цензурой». Редко, но встречаются в письмах зачеркнутые черной тушью предложения. Почтовая цензура в годы войны подчинялась непосредственно СМЕРШу, Главному управлению контрразведки в Наркомате обороны СССР. Цензоры блюли военную тайну. В идущих с фронта письмах нельзя было упоминать местонахождение отправителя, географические названия, маршруты следования — информацию, способную раскрыть дислокацию части. Интересовал контролеров и эмоциональный настрой бойцов действующей армии. За смену цензор должен был обязательно просмотреть свою норму — 600 отправлений.
«Сообщаю, что я пока жив и здоров…»
Следует отметить, что объемы почтовых перевозок в годы войны были колоссальными: ежемесячно отправлялось около 70 миллионов писем. Путь отдельного письма, написанного бойцом действующей армии, например, белорусом Иваном Федосенко в село Севастополь Кустанайской области Казахской ССР (корреспонденция хранится в фондах Дрибинского районного историко-этнографического музея и филиала музея в агрогородке Рясно), можно обозначить следующим образом. Письмо передавалось военному почтальону либо на военно-почтовую станцию воинского соединения. Затем почта направлялась на военно-почтовую базу армии, после чего поступала на военно-почтовый сортировочный пункт фронта, а оттуда — на военно-почтовый сортировочный пункт одной из зон, на которые разделялась вся территория СССР. Оттуда письма отправлялись на обменный пункт. Там их грузили в почтовые вагоны, на самолеты или пароходы Наркомата связи. Только после этого письмо начинало свой привычный путь к отделениям гражданской почтовой связи.
О чем же писал родным Иван Федосенко?
«Здравствуйте, родные мамаша, братья и сестры!!! Во первых строках моего письма хочу вам сообщить о том, что я жив и здоров, чего и вам желаю в вашей жизни. Живу по-прежнему на старом месте в городе Москва. Сегодня у нас выходной день. Сижу за столом и думаю о сне, который видел этой ночью: как будто в кого-то стрелял… Но вот приходит почта, и неожиданно получаю телеграмму. Это меня так порадовало. Уже и не надеялся получить от вас ответ. Радость хоть раз за семь месяцев, ибо я никогда не был весел, а думал: живы вы или нет?
Дорогая мамаша! Сейчас вам сообщу о моей жизни. Живется пока не очень плохо. Учусь на радиста, можно сказать, уже выучился. Занимаемся по 12 часов в день. Скоро будем делать прыжки с самолета на парашюте. Надеюсь, что уже попаду на фронт, работать…
Кушать дают три раза в день — суп и каша. Хлеба 800 граммов на день, сахара — 35 граммов. Жить можно. Денег получаю 10 рублей 60 копеек в месяц.
Несколько слов о погоде. Стоят большие морозы, которые очень воздействуют на немцев.
Напишите, присылает ли вам письма папа и где он находится. Мы с ним виделись только в Тамбове. С сердечным поцелуем, Ваш сын Иван».
8 сентября 1943 года
«Здравствуйте, родная мамаша, братья и сестры. Во первых строках моего письма передаю вам сердечный привет и вместе с этим сообщаю, что я пока жив и здоров, чего и вам желаю.
… Нахожусь на работе. Все время переходим на новое место, день-два — и движемся вперед, на запад. Сейчас имею звание младший лейтенант, буду получать 550 рублей в месяц и вам помогать хотя бы деньгами. Прошу обо мне не беспокоиться, старайтесь, чтобы вам было жить хорошо. Пишите мне почаще, сообщайте, какие новости. С сердечным приветом, Ваш сын и брат Ваня».
Письма с фронта. Их писали на прикладах автоматов, на камнях, обгорелых досках среди руин. Посылая весточку домой, каждый из фронтовиков понимал, что она может стать последней. И потому торопился сказать самое важное. Никто из них не думал тогда, что фронтовые треугольники станут историей.
В этих письмах зачастую нет ни слова о войне, чтобы не беспокоить родных. Фронтовые треугольники читать надо так, как читали их родные во время войны, понимать то, что сказано между строк, стараться уловить мысли и чувства. И тогда за скупыми короткими строчками откроется человеческая душа — ее волнения, страхи, мужество.
Подготовил
Максим ТЕТЕРИН
